Немного истории


Переславль-Залесский: по монастырям и храмам


Горицкий монастырь. Монастырь грандиозен. Стоит на горе, откуда, наверное, и название, окружен столь крепкими и высокими стенами, что сам похож на город (рисунок 1). Все это на берегу озера... очень красиво. Основан около 1382 Евдокией, супругой Дмитрия Московского, которая спасалась в городе от Тохтамыша, и нашла спасение на лодке посреди озера. Сам Дмитрий спасался в других местах. Москва была брошена всей элитой, что и предопределило ее судьбу. Считается, что Дмитрий, победитель "полевого командира" Мамая, не отважился поднять руку на законного правителя Руси Тохтамыша; горожанам, которые в полной панике искали спасения, было от этого не легче. В другом источнике мы встретили мнение, будто монастырь появился еще в 12 в на месте языческого капища - Шутовой рощи. А в третьем я узнал, будто основал монастырь Иван Калита (начало 14 в). Никто ничего не знает.

Монастырь долго влачил скромное существование, пока не получил импульс развития от Ивана Грозного, поставившего в камне Успенский собор. Дары монарха не способствовали нравственному развитию; от 1649 года сохранился документ, по которому игумен монастыря штрафуется на 50 рублей "за бесчестье", то есть нарушение общежитийных норм. Размер штрафа определялся тяжестью провинности. Поскольку список был составлен для всей России, то, судя по сумме штрафа, игумен Горицкого монастыря занял "почетное" 14-е место в стране по уровню распущенности (другие игумены Переславля отметились скромней: Данилов и Никитский монастырь оштрафованы на 20 рублей). В 18 в монастырь стал центром недолго существовавшей Переславской епархии (1744-1788).

Мощная стена с башнями построена в 17 в после польского нашествия; как и в Сергиевом посаде , который много пострадал от поляков, здешние стены под впечатлением нашествия построены как настоящие крепостные (рисунки 2,3). Местами башни напоминают таковые именно Сергиева Посада. Другие были в свое время зачем-то снабжены огромными окнами, впоследствии заложенными (рисунок 4). Время от времени в стене попадаются арочные проходы, также заложенными сегодня (рисунок 5). Иные небольшие башенки выглядят совсем декоративными и они, наверное, позднее (рисунок 6). На одну такую башню можно даже подняться, высотой она от силы метров 5 (рисунок 7). В этом месте можно подняться и на боевой ход, который на высоте всего лишь пары метров от земли (рисунок 8). В других местах стена выше, но там боевой ход почти обвалился (рисунок 9).

Жемчужина стены - святые ворота с Никольской церковью (рисунки 10,11), которые представляют из себя двойную конструкцию на углу стены с двумя проходами (функционирует один), полностью покрытую красивым каменным узором, в том числе - растительным орнаментом, эффектными ярусными входами (рисунок 12, 13), ныне заложенными, и даже изображения коней попадаются (рисунок 14). Это - красивейший образец московского зодчества 17 в.

Наконец, в стену встроена церковь Богоявления, или, скорее, просто колокольня (рисунок 15), на которую можно подняться за небольшие деньги и осмотреть окрестности: вид на озеро восхитительный. Колокольня построена в 18 в, и в ее стенах есть странные иллюминаторы в духе конструктивизма (рисунок 16); либо позднее творчество, либо фантазия зодчих 18 в зашла так далеко, я не понял.

Вот, собственно, Успенский собор (вторая половина 18 в, рисунок 17), который, как мы помним, заложил в камне еще Иван Грозный, но от той постройки ничего не сохранилось. Снаружи собор грандиозен, но зауряден. Но внутри даже меня поразил роскошью отделки. Иконостас вырезан в 1750-е, причем обнаруживает существенную смелость в трактовке застывших образов (рисунки 18,19). Вдоль стен стоят резные колонны, очевидно, от прежнего, более древнего храма, грозненского времени (рисунок 20), тут же у стены прислонилась икона (рисунок 21). В храме есть несколько погребений, например, 1767 года (рисунок 22). Надгробные плиты 17 в или более поздние лежат себе на траве и за воротами храма (рисунок 23). Красивый колокол с изображением Богоматери стоит в нише снаружи храма (рисунок 24).

Типичным образцом зодчества 17 в является церковь Всех Святых с трапезной (рисунок 25), в которой находится неплохой переславский музей. Из экспонатов мне больше всего поглянулась икона-распятие 17 в, на которой римский солдат изоборажен в татарской одежде и с характерыми чертами лица. К сожалению, я не смог эту икону сфотографировать, потому что съемка там запрещена. Среди других диковинок монастыря - пруд, вырытый по размеру библейского ковчега (300 локтей) в 18 веке (рисунок 26).

Археологический контекст. Керамики в монастыре немного. Но интересная. Почти нет поздней керамики. 13-14 вв можно датировать фрагмент венчика из красной, плохо отмученной и прожженной керамики. Наверняка домонгольским (12 в) временем датируется большой венчик красноглиняного, также плохо прожженого, но хорошо отмученной глины сосуда, с волнистым орнаментом по тулову (рисунок 27). Наконец, нас удивил красноглиняный фрагмент строительной керамики с плотной зеленой поливой а-ля Бахчисарай(рисунок 28). Мы уже отмечали, что такие находки встречаются в элитных сооружениях Московской Руси (см. нашу статью про Звенигород). Я думаю, что такие плитки импортировали из Бахчисарая. Русская полива до 18 в была совсем плохая, не считая элитных изразцов (тоже, может быть, импортных, но европейских). Я бы датировал такой изразец 16-17 вв.

Данилов монастырь. Когда вы стоите на единственной центральной улице Переславля, и видите Горицкий монастырь с одной стороны, с другой вашему взору предстает Данилов монастырь, и вам предстоит трудный выбор, с какого монастыря начать. Однако, Данилов монастырь выглядит издалека эффектнее, чем вблизи. Мы попали в разгар ремонта. Нет монахов и посетителей, зато много рабочих и, как всегда, темных личностей. Ничего, с Божьей помощью, посмотрели.

Данилов, или Троице-Данилов монастырь основан в 1508 году иеромонахом Горицкого монастыря на "скудельнице" - братском кладбище "калик перехожих" и просто нищих. До сих пор некая унылая аура не покидает эти края. Преподобный Даниил (род. в 1406) скорбел по поводу того, что могилы нищих находятся в небрежении. Сначала он один ходил туда, ухаживал за погребениями, потом к нему присоединились коллеги и переславцы, затем появилась деревянная церковка, и вскоре сама собой образовалась обитель. Интересно, что в какой-то момент монахи чуть не устроили восстание против Даниила, жалуясь на бедность, хотя они пришли в обитель добровольно. Но великий князь Василий, который регулярно бывал тут на богомолье, стал помогать деньгами и землями, и конец жизни Даниил встретил игуменом собственного монастыря. Мало кто знает, что Даниилу довелось стать крестным отцом Иоанна Грозного, поскольку был духовником Василия III.

Первое, что встречает вас - это Святые ворота с надвратной церковью Тихвинской Богоматери (рисунок 29). Датируются 1750 годом, но, на мой взгляд, они гораздо старше, века 17-го. Датировка ворот увязана с датировкой стен, на самом деле поздних и ныне почти разрушенных. Но ворота могли быть поставлены раньше, а стена была прежде деревянной. На древность ворот указывают рельефы в виде розеток у самой земли (рисунок 30) и закладные плиты, которые мы не смогли прочитать (рисунок 31). Внутри ворот видишь роспись, вот она, конечно, поздняя, века 18-19, впрочем, и сохранилась плохо (рисунок 32).

Троицкий собор - главный и самый красивый храм монастыря, построен в 1530-32 в честь рождения Иоанна Грозного (по Руси пошла целая эпидемия строительства в честь наследника; как будто чувствовал народ, что необычный правитель будет; рисунки 33,34). Собор кирпичный, отделан белым камнем снаружи, поэтому выглядит несколько архаично. Внутри - фрески 17-го века, самые старые в нынешнем Переславле; но внутрь не пускают. Исследователи отмечают особые "граненые" апсиды и тонкость обработки, говорящие о качестве работы. Очень хороша шатровая колокольня, впрочем, более поздняя, 1689, на которой когда-то стояли немецкие часы (рисунок 35).

Монастырь полон других выдающихся сооружений. Церковь всех святых (1687, рисунок 36) стоит особняком, за ней какие-то огороды, вид оттуда ослепительный - поля, деревенская жизнь. Закладная доска церкви (рисунок 37) выполнена уже в новорусской манере 18 в. Церковь Похвалы Богородицы (1653-69, рисунок 38) теряется рядом с трапезной (рисунок 39), которая к ней примыкает. Трапезная - первоклассное сооружение своего времени, по сути, огромный дворец. На их фоне тоже немаленькие палаты для престарелых монахов (1687, рисунок 40) выглядят далеко не столь ярко, хотя они отреставрированы, а трапезная - нет; можно подойти к окнам трапезной, посмотреть на разоренные помещения, заглянуть в подвал, уходящий в бездну. Мы не диггеры, туда не лазили.

Покинув монастырь, бросим взор на церковку, которая стоит эффектно, на горке, между Даниловым и Горицким монастырями. Это - Сретенская церковь (1776, рисунок 41). Без нее ансамбль был бы неполон, хотя я и не поклонник стиля ампир.

Переместимся теперь в старую Рыбацкую слободу, где жили несчастные рыбари, своим трудом обеспечивавшие коронации русских царей, но имевшие от того вместо благодарностей лишь угрозы. Никольский монастырь, "что на болоте", прекрасно виден с валов, но о нем почему-то мало пишут путеводители. Может, потому, что в советское время он был особенно безобразно разграблен? Есть сведения, что основан он в 1350 или в 1348 году преподобным Дмитрием Прилуцким, однако, каменные сооружения в нем начинают появляться только в 17 в стараниями армянина (купца) старца Дионисия (+1645). Сейчас в монастырь возвращается скитская жизнь. Надвратная церковь Петра и Павла (1748) стоит в лесах и восстанавливается (рисунок 42). Сама стена декоративная, с крохотными башенками, постройки 1761 года (рисунок 43). Собор Святителя Николая просто грандиозен (1680-1721, рисунок 44). Сегодня он, хоть и в лесах, сияет своими главами за несколько километров, а в путеводителях еще двухлетней давности числится несуществующим, и, я думаю, восстановлен чуть ли не с фундамента. Повсюду в монастыре лежат могильные плиты весьма старого вида (рисунок 45). Обратите внимание на эту плиту. Видите, вырезанные ровно, по строкам, буквы? А вот две надписи между строками (в левой части плиты). Что это? Похоже на какую-то разновидность арабского письма, но я за это не поручусь. Стоит показать этот снимок специалистам. Если они что-то обнаружат, я здесь об этом сообщу.

У монастыря несчастливая судьба. К концу 19 в в нем почти не осталось монахов, и его заселили женщинами (до того был мужским). В советские времена в нем было что-то особенно отвратительное, то ли колония, то ли отделение чекистов.

В монастыре находится (но мы ее не видели) первоклассная святыня - Корсунский крест. Мы приводим его фото (рисунок 46) в момент, когда ему поклонялся Патриарх. Про крест сказывают, что его из Суздаля привезли раскольники во второй половине 17 в. Будучи гонимыми в Суздале, они спасались в этом монастыре, за что платили святынями. Он деревянный, обложен медными позолоченными листами. Жемчуг, драгоценности, ковчежцы с мощами нескольких святых. Считается, что он попал в Киев из Херсонеса в 10 в, оттуда вскоре же в Ростово-Суздальскую землю, во второй половине 15 в крест пришел в Москву, уж потом через Суздаль в Переславль. Впрочем, возможно, это лишь легенда, и крест куда как новее.

Про Дмитрия Прилуцкого рассказывают, что, будучи искони мирским, он познал суету мира, и удалился в болотистое тогда место, где основал обитель, пользуясь поддержкой Сергия Радонежского. К нему стекались люди, особенно еще потому, что он, как сказывали, был красив. Одна боярыня подсмотрела, каково его лицо, обыкновенно закрытое плащом, за что Господь наказал ее расслаблением, да Дмитрий исцелил. В конце жизни Дмитрий удалился под Вологду, где еще основал обители, и где похоронен.

Чуть в стороне стоит совершенно разрушенная, но полная очарования Смоленско-Корниелевская церковь (1696-1705, рисунок 47), которая некогда была центром давно упраздненного монастырька Борисоглебского, "что на песках". Церковь названа в честь некоего Корнилия, который подвизался в этом монастыре и в частности был известен искусством избавлять от детских недугов; здесь он и похоронен. Покажусь циником, но нет ничего живописнее руин (рисунки 48,49). В церковь можно забраться, походить по горам битого кирпича, не без риска получить один такой на голову. Когда ее восстановят, она станет далеко не такой очаровательной, будет заурядный памятник раннепетровской эпохи. Но пусть лучше восстановят.

Археологический контекст. Понятно, что в разваленной церкви археологии куда как много. Мы были поражены, когда среди грязи, бутылок и презервативов нашли три соединяющихся фрагмента первоклассного изразца конца 17 в (рисунок 50). Уж простите, взяли мы этот изразец с собой. Будете восстанавливать - вернем. Из других находок - саможная подковка, тоже 17 в. Предмет довольно богатый, не лапотниками были обитатели Рыбацкой слободы, а в сапогах хаживали. Такие подковки находят в культурном слое Москвы, да и то в самых центральных, купецких частях города. Из керамики - конечно, в основном 16-17 века, предлощеная и лощеная керамика, в том числе кубышки, в которых деньги хранили (денег, однако, мы не нашли). Чуть более ранние фрагменты - профилированные красноглиняные осколки века 15-го, с самого начала этого столетия. А вот керамики 14 в и ранее не было. Быть может, и сама слобода возникла не ранее, как при Дмитрии Московском, который и ввел обычай поедания при коронации копченой ряпушки.

Федоровский монастырь. Стоит на дороге к Москве; первое, что вы видите, когда въезжаете в Переславль из столицы. Итак, Михаил Тверской (святой, кстати, убитый в Орде впоследствии) "сперся" с москвичами за великое княжение, и, пока те не хватились, решил захватить Переславль, тем более, что Тверьбыла не удовлетворена завещанием последнего князя Переславского, по которому город отходил в юрисдикцию Москвы. Возможно, Михаила подстрекали какие-то местные, которые тоже видели себя в составе Тверского княжества. Пока Юрий Московский добывал ярлык в Орде, тверичи послали войско под началом боярина Акинфа, который некогда имел земли в Переславском княжестве (а может, он был просто переславец, да летописи это стыдливо скрывают). Три дня Акинф осаждал город, потом подошли основные силы, и на месте будущего Федоровского монастыря 8 июня 1304 года произошла страшная битва. Акинф убит, "и была в Твери печаль и скорбь великая, а в Переславле веселие и радость великая". В честь братоубийственной победы переславцы основали монастырь (победа случилась в день Федора Стратилата), а народные гуляния на этом месте были ежегодно 8 июня до 1917-го.

Иван Грозный любил этот монастырь. Когда он находился здесь, пришла весть о рождении у него сына, после чего Иван распорядился поставить собор в честь Федора Стратилата (1557), а самого сына назвал Федором. Сам Федор родился неподалеку отсюда, в деревне Собилке, которая лежит на дороге в Москву километрах в 10 от города. Точнее, лежала - после поляков она уже не восстанавливалась. На месте деревни и месте рождения Федора стоит часовня Крест (17 век), очень красивое сооружение, но мы видели его всякий раз из несущегося автобуса, а потому не смогли сфотографировать (вот, впрочем, фото из путеводителя - рисунок 51).Федор был последним Рюриковичем на троне. Его неспособность управлять, вкупе с развалом хозяйства, оставшимся в наследство от отца, привела к Смуте, в результате которой погибла и родная деревня будущего царя.

Федоровский собор очень неплох (рисунок 52), хотя тонкие знатоки архитектуры отмечают какую-то "провинциальность и незаконченность", и говорят, что ставила его наверняка местная артель. На мой вкус, прекрасный собор.

Монастырь окружен стеной, однако, местами она разрушена, местами так закрыта поздними постройками, что кажется просто забором. Построены стены и башни в 18-19 вв. Ворота, в которые вы попадаете в монастырь, традиционно названы Святыми (рисунок 53). Введенская церковь (1710, рисунок 54) - легкая и гармоничная постройка, издалека кажется, будто она деревянная. Церковь Иконы Казанской Божьей Матери (1714, рисунок 55) была при больнице, где лечились монахини, сегодня она и на церковь-то не похожа. Интереснейшее сооружение монастыря, не упомянутое ни в одном путеводителе - деревянный дом (рисунок 56), судя по архитектуре, конца 18 века; в таких домах обычно жили настоятели. Монастырь четко разделен на две части. Как входишь, все вроде чисто, какие-то элементы монашеской жизни. Немного дальше проходишь - и там грязь, гаражи, развалины келий (18-19 вв, рисунок 57), а потом - вовсе собаки, которые что-то там сторожат и бегают без поводка, так что мы бежали от них, не соблюдая никакого благолепия.

Археологический контекст. Львиная доля керамики - московская чернолощенка 17-го века, причем, что бросается в глаза, хорошего качества, московских мастерских. Всего три фрагмента могут датироваться более ранним временем (красноглиняная, 15-16 вв). Найден также странный металлический предмет (белый металл, что-то вроде олова, рисунок 58). Я теряюсь в догадках, что это может быть. Либо какая-то часть культового предмета (например, цепочка для подвешивания), либо просто украшение. Я надеюсь на помощь коллег в идентификации этого предмета.

Никитский монастырь. Самый далекий от Москвы, недалеко от Клещина городка(рисунок 59). Загадочно, что монастырь основан до построения города, около 1010 года князем Борисом. Вероятно, он был при Клещине, именно поэтому он как бы на отшибе от остальных монастырей. А уж когда город перенесли, куда монастырю деваться? Так и остался. Место, таким образом, загадочное.

Монастырь назван в честь Никиты, святого Константинопольского, но там подвизался другой святой Никита, Столпник, то есть человек, стоявший неподвижно на столбе, годами. Это - старая традиция, берущая начало из Восточной Римской империи еще в 3-м веке, на Западе она не получила распространения. Никита жил в 12 веке. На рубеже 14-15 в в Переславле было написано житие Никиты, которое сообщает, что изначально будущий святой был чиновником, сборщиком налогов или что-то в этом роде, и отличался лютостью, но потом раскаялся, и жил в монастыре, совершая подвиги. Его убили свои же родственники, которые похитили тяжелые цепи-вериги, носимые Никитой постоянно на теле, поскольку думали, будто вериги серебряные (+1189). Эта деталь относит нас действительно в домонгольскую Русь, где серебро считалось самым драгоценным металлом(а золота не видели вовсе), и доказывает подлинность предания.

Монастырь, как к нему подходишь, напоминает городок, и в этом смысле он не хуже Горицкого, только стоит чуть менее эффектно, не на горе, а на равнине. Стены и башни монастыря строили в 16 веке, и они - вполне полноценное крепостное сооружение, без натяжек (рисунки 60,61). Некоторые башни дали бы фору таким кремлям, как Астраханский (рисунок 62). Иван Грозный любил этот монастырь более других, и постоянно молился Никите Столпнику, поскольку, видимо, чувствовал схожесть душ и жизней (сам Иван метался между государственной деятельностью и длительными периодами молитв и раскаяния). Иван лично присутствовал при закладке Никитского собора (1561-1564, рисунок 63). Ныне Никитский собор производит странное впечатление. Это белокаменная громада (на самом деле, только облицованная белым камнем), поставленная на кирпичный подклет, который давно не ремонтировался. Все это в лесах, того гляди обрушится - впечатление сильное. На соборе сохранилась строительная надпись (рисунок 64).

Место, где подвизался Никита, в 1520-1530 гг было окружено часовней. Сегодня она так обветшала и забрана лесами, что снимать ее было совершенно бессмысленно. Церковь Благовещения (1564, рисунок 65) уже отреставрирована и выглядит гораздо лучше. Красивая шатровая колокольня (рисунок 66), Святые ворота (17-18 вв) с церковью Архангела Гавриила - собственно, больше в монастыре смотреть нечего, кроме кучи мелких кирпичных построек, совершенно обветшалых и, думаю, в массе своей поздних.

Никитский монастырь, как заметил читатель, строился за короткий срок, всего какое-то десятилетие, и это было десятилетие Опричнины. Монастырь должен был стать опорным пунктом этого движения, и он стал им. Взять тот же Никитский собор. В нем масса тайников, задуманных архитекторами, и при желании в нем можно спрятать что угодно. Собственно, и прятали - мой приятель, посетивший монастырь в начале 1980-х, когда он стоял в руинах и был никому не нужен, просто подвинув кирпич в кладке стены, обнаружил в полом изразце клад серебряных чешуек 17 в. Особенности архитектуры Никитского собора позволяют предположить, что строили его кавказские зодчие, прибывшие вместе с женой Иоанна, черкесской княжной Марей Темрюковной. Именно черкесы внушили Иоанну мысль о поставлении опричнины, поскольку искони опричнина - институт, свойственный Арабскому халифату (айярство), о чем на Руси никак не могли узнать, кроме как от кавказцев, некогда в состав Халифата входивших.

Археологический контекст. В самом монастыре, под зорким глазом монахов, которые заставили нас к тому же переодеться, понятное дело, поисков мы никаких не вели. Однако же, отойдя в сторону Клещина с километр, мы приметили две громадных кучи мусора, которые вывезли из монастыря, когда нивелировали почву. И мы углубились туда, мерзкие помоечники. Ну, что сказать? Царское место был этот монастырь. Такого количества ранней поливной керамики, и такого качества, мы не видели больше нигде. Вот, например, образец пегой поливы, зеленоватой, с красными крапинками (рисунок 67). Или вот - светильник из хорошей красной глины со следами отличной белой глазури (рисунок 68). Еще кусочек - по белому фону проведены волны, обнажающие темную основу (рисунок 69). Тут же попался нам массивный обломок чугунного, тонких стенок сосуда. Все эти вещи я мог бы датировать 16-17 вв, как и большинство других керамических, неполивных обломков. На роль более ранних осколков могут претендовать всего два фрагмента, один с еще S-видным профилем, но уже из хорошей глины, и донце грубого сосуда, однако, уже без песчаной подсыпки. Эти находки можно датировать 15 в, никак не ранее. Ничего более древнего нам не попалось.

Заключение. Заканчивая рассказ, столь обширный, о городе, полном исторических памятников и тайн, хочется сделать достойное заключение. Но какое - в ум нейдет; столько написано выше, так подробно все разжевано, что тут добавить? Самый верный город Московских князей, с самым темным прошлым... Такова вся русская история: самое твердое и надежное имеет самый непрочный корень. На самом деле, Белый Царь никогда не ценил самых верных своих слуг. Зато ценил ряпушку.

Евгений Арсюхин,

Наталия Андрианова,

2002-2003

 


 

Рисунок 47. Смоленско Корниелевская церковь. Рисунок 48. Смоленско Корниелевская церковь, вид внутри Рисунок 49. То же. Рисунок 50. Изразец из Смоленско Корниелевской церкви.
Рисунок 51. Часовня "крест". Рисунок 52. Федоровский собор одноименного монастыря. Рисунок 53. Святые ворота Федоровского монастыря. Рисунок 54. Введенская церковь Федоровского монастыря.
Рисунок 55. Церковь Иконы Казанской Божьей Матери Федоровского монастыря. Рисунок 56. Дом настоятельницы Федоровского монастыря. Рисунок 57. Палаты Федоровского монастыря. Рисунок 58. Находка из Федоровского монастыря.
Рисунок 59. Никитский монастырь. Рисунок 60. Стены Никитского монастыря. Рисунок 61. То же. Рисунок 62. Башня Никитского монастыря в "астраханской" манере
Рисунок 63. Никитский собор Никитского монастыря. Рисунок 64. Закладная доска Никитского собора. Рисунок 65. Церковь Благовещения Никитского монастыря. Рисунок 66. Колокольня Никитского монастыря.
Рисунок 67. Керамика с "пегой" поливой из Никитского монастыря Рисунок 68. Светильник с белой поливой оттуда же. Рисунок 69. Керамика со сложным орнаментом оттуда же.

похожие

Наши проекты

Наши партнеры