Немного истории



остановленный в прежнем достоинстве, храм не успел, однако, вернуть свое былое великолепие и в 1825 году сделался жертвой огня. С этого момента открывается новая страница в истории собора.

8 августа 1825 года рабочие, ремонтируя крышу, паяли протекавшие листы главного купола. Уходя на обед, они по небрежности оставили без присмотра жаровню с горящими углями. Пламя сначала появилось в главном куполе возле креста, затем быстро охватило весь собор и проникло внутрь. Пожар бушевал около восьми часов. В спасении церковного имущества с равным усердием участвовали все священно- и церковнослужители во главе с сакелларием отцом Павлом Рябининым, и прихожане, в особенности, нижние чины 3-го батальона. Один самоотверженный унтер-офицер, снимая образ с иконостаса, упал и тут же лишился жизни.

После пожара от собора остались одни стены. Сгорели пять деревянных куполов, все три иконостаса, высоко висящие иконы, растопились от пламени колокола. Ждалось спасти от огня святые антиминсы, большую часть икон, богослужебные сосуды, ризницу, утварь.

Государь Александр I, получив донесение о пожаре, распорядился «немедленно возобновить собор сей» и сам пожаловал на это дело 50 тысяч рублей. На площади устроена была в палатке временная церковь; затем, по Высочайшему указанию, нанят расположенный по соседству дом полковника Булатова, где до августа 1829 года и происходили богослужения. Специальный комитет под председательством великого князя Михаила Павловича провел 68 заседаний, прежде чем постановил поручить возобновление собора архитектору Василию Петровичу Стасову. Что мы знаем об этом выдающемся зодчем русского классицизма, создателе многих величественных церковных и гражданских сооружений в Петербурге первой половины XIX века?

Великий русский зодчий
В.П. Стасов

К работе над проектом Спасо-Преображенского собора приступил зрелый и опытный мастер, член столичного комитета Его величества по наблюдению за строениями, действительный член Российской Академии искусств. «У меня нет других художников, опричь Стасова», - с восхищением отзывался о нем Александр I. Обсуждая с мастером проект отделки своего кабинета в Зимнем дворце, Император заметил: «Не нужно самоцветов, пусть заменят их создания твоего гения и вкуса».

Стасовы - один из древних русских родов. По преданию, сохранившемуся в семье будущего зодчего и вошедшему в родословную, один из его предков был телохранителем Димитрия Донского в день Куликовской битвы. Не это ли предопределило судьбу и направленность творчества архитектора, горячего патриота «любезного моего отечества», певца славы русского оружия? Во время войны с Наполеоном он взволнованно писал друзьям: «Успехи русских войск беспредельны!», «На берегах Эльбы давно уже развеваются флаги торжествующей России». «Его жизненные правила, - вспоминал позднее об отце известный критик В. В. Стасов, - его энергия добра, неподкупной никем честности, его великодушие и доброжелательность ко всем были несравненны...» Он был крупнейшим в свое время знатоком строительного искусства. В Италии скрупулезно изучал проверенный столетиями опыт античной древности. Только это, по его мнению, могло избавить архитектора от опасности стать «заурядным рисовальщиком, не умеющим вывести маленького свода».

До сих пор не утратили ценности его замечания о применении в сооружениях естественного камня и проверке его качества путем выдерживания на открытом воздухе, о способах окраски зданий, живописи на воске. Стасов одним из первых начал применять для перегородок и сводов специально изготовленные гончарные горшки, близкие по форме к цветочным; вместо цемента использовать отечественный материал - известь. Его градостроительные принципы понятны и убедительны: «вырвавшись из оков предубеждения света, принять за правило простые формы древних, о которых все говорят и пишут с восторгом и никто им не следует...»

Собор Спаса Преображения.
Гравюра XIX в.

Стасов - следовал, часто вопреки моде, неожиданно и смело. Отсюда, из древности, предельный лаконизм и своеобразие его архитектурного языка, суровая красота простых и ясных форм, мужественная величавость, которую он не только проповедовал, но и воплощал в северной столице. Великий зодчий призывал градостроителей «знаменовать в потомстве вкус, просвещение, могущество и славу государства». С особой любовью относился мастер к древнерусскому храмозданию, «которое без больших издержек дает большое пространство для помещения народа и, сохраняя единство, представляет в малом разительную огромность». И даже столь любимое им пятиглавие, размышлял зодчий, оказывается, не только привычный для всех символ церковной архитектуры, но «служит также для освещения церковных сводов».

Но самой драгоценной чертой дара Василия Петровича Стасова было умение в образах передать величие русского народа и его героических подвигов. Закладка всей гвардии собора состоялась 26 августа 1827 года. Вот как об этом сказано сухим языком отчета: «По распоряжению архитектора пятого класса Стасова начали производить в соборе Спаса Преображения разные работы: сломана паперть с северной и южной сторон крыльца; сверх того требует он, чтобы к 6 августа под паперть набить 160 свай, потом заготовить материал для закладки...»

Строительство велось необычайно быстро (к нему привлечены были и солдаты Преображенского полка). Немногим больше года понадобилось коллективу под руководством Стасова - архитектору А. П. Брюллову, каменных дел мастерам Лукини и Франчини, генерал-майору Микулину чтобы справиться с работой. Уже зимой 1828 года строительство было завершено.

Возобновленный после пожара храм был освящен 5 августа 1829 года, в престольный праздник, ровно через 75 лет после первого освящения, митрополитом С.-Петербургским и Новгородским Серафимом. К этому дню Николай I подарил храму ковчег и потир из яшмы и украшенные драгоценными камнями ризы. Величественный каменный пятиглавый собор, стоящий в центре одноименной храму площади, стал одним из самых замечательных храмов города и в неизменном виде сохранился до наших дней. Интерьер его решен в стиле позднего классицизма, строго и вместе с тем торжественно.

При восстановлении Стасов умело использовал старые стены и сохранил внутреннюю планировку. Во время пожара сгорели деревянные купола, в то время как кирпичные пилоны уцелели, потому и были полностью использованы зодчим. При проектировании Спасо-Преображенского собора Стасов был ограничен размерами. Несмотря на это, он создал превосходный образ соборного храма, мощного, торжественного, монументального, отмеченного яркими национальными чертами при всей изысканной простоте. В архитектуре Преображенского собора получили отражение традиции древнерусского зодчества. Гладь белых стен, скупо украшенных лепными декоративными изображениями на библейские темы и военными символами, прорезают высокие окна с полуциркульными завершениями. Окна красиво «утопают» в нишах с декоративными балюстрадами. К западной стороне собора примыкает монументальный портик из четырех ионических колонн. Окружность центрального купольного барабана украшена барельефами: гирляндами с головками херувимов.

План собора имеет вид двадцатичетырехгранного креста. Большая продольная ось креста от востока к западу составляет 40 метров, а большая поперечная с севера на юг - 34 метра. Главный купол венчает восьмиметровый крест. Площадь, занимаемая собором, составляет 1200 квадратных метров и вмещает до 3000 молящихся. Величественный купол опирается на четыре массивных пилона толщиной около трех метров каждый. Малые пилоны поддерживают малые угловые купола. Полная высота собора составляет 42,5 метра, площадь его - 1180 квадратных метров. Обдумывая проект, Стасов, несомненно, руководствовался простыми и ясными пропорциональными соотношениями. Все части сложного по силуэту и композиции церковного здания уравновешены, гармонично соразмерны меж собой. Так, например, большой купол в два раза выше колонн. Главки «вписаны» в равнобедренный треугольник, у которого высота равна половине основания. Мелочей нет - каждая деталь подчинена целостности всего сооружения.

При выборе высоты ограды Стасов также исходил из пропорциональной взаимосвязи ее со зданием собора. Убежденный градостроитель, он позаботился о том, чтобы храм органически завершил ансамбль застройки Литейного проспекта, стал его доминантой.

По проекту предполагалось золотить купола, но не хватило денег, и архитектор изобрел уникальныи состав красок: они стали отсвечивать вороненым металлом. За это простое и неожиданное решение Император Николай I наградил Стасова бриллиантовым перстнем. К сожалению, позднее чудо-рецепт был утрачен.

В левой, западной башне собора находятся куранты (механические часы), привезенные из Англии в 1854 году и действующие поныне, другая служит колокольней. К настоящему времени сохранилось шесть колоколов из тринадцати.

Эти пушки умолкли навсегда...

Вокруг собора по проекту В. П. Стасова был разбит сквер, окруженный изящной оградой. Она состоит из 34 гранитных оснований, соединенных между собой железной решеткой. Основания украшены поставленными на них стоймя, дулами вниз, турецкими крепостными орудиями, по три на каждом; причем среднее из них венчалось золоченым двуглавым орлом с короною. Стволы поставлены дулами вниз в знак того, что они никогда больше не выстрелят. На них и ныне можно увидеть чеканную символику Османской империи, а также названия орудий Гнев аллаха и Гром низвергающий. Каждая такая группа орудий соединена со следующей массивными железными цепями. Орудия эти были взяты в русско-турецкую войну 1828-1829 годов со стен отнятых у турок крепостей Измаила, Варны, Силистрии, Тульчи и по приказу Николая I доставлены 12 февраля 1833 года из Измаила и Одессы по зимнему пути в Петербург специально для устройства ограды. Вокруг собора на чугунных лафетах стояли два единорога (старинных бронзовых орудия XVIII века), собственность полка, и двенадцать орудий, взятых у турок под Варной. Николай I ранее пожаловал их Польше для сооружения в Варшаве памятника королю польскому Владиславу III, одному из первых в Европе начавшему борьбу против турок в защиту славян. Но так как поляки во время мятежа 1831 года действовали этими орудиями против русских войск, а наши гвардейцы при штурме отняли их, Николай I подарил их полку, повелев поставить вокруг Преображенского всей гвардии собора.

Восхищаясь талантом зодчего, один из его современников воскликнул: «...легкая, прекрасная, единственная ограда великолепной церкви Преображения!» Воистину так. Уже одним своим внешним видом она красноречиво свидетельствует о боевой славе русского воинства и его славном лейб-гвардии Преображенском полку. Умелый строитель, Стасов сэкономил из суммы, отведенной на возведение ограды, почти ее половину и, кроме перстня, получил в награду от Государя еще 1325 рублей. В 1886 году архитектор городской управы И. Б. Слупский выстроил в ограде, на пожертвования усердных прихожан, часовню с витражами Постемского и образами Антропова, «писанными, для предохранения от сырости и порчи живописи, на цинке». Прекрасный иконостас с бронзовыми колоннами был изготовлен в мастерской Игумнова. Из образов особенно выделялся образ Тихвинской иконы Божией Матери, в серебряной золоченой ризе, усеянной драгоценными камнями.

похожие

Наши проекты

Наши партнеры

viagra deutschland rezeptfrei kaufen
viagra deutschland rezeptfrei kaufen